Сюрпризы избирательной кампании – 2020

Чэрвень 09, 2020 14:23

Анализ главных кандидатов, политизации общества и перспектив протестов

27 мая 2020 года Пресс-клуб, сайт экспертного сообщества Беларуси «Наше мнение», Белорусский институт стратегических исследований (BISS) и еженедельный аналитический мониторинг Belarus in Focus провели онлайн-заседание Экспертно-аналитического клуба, чтобы обсудить старт избирательной кампании – 2020.

Основными спикерами выступили аналитики:

  • Артем Шрайбман – политический аналитик;
  • Рыгор Астапеня – Chatham House, Robert Bosch Stiftung Academy Fellow; директор по исследованиям Центра новых идей;
  • Франак Вечерко – вице-президент Digital Communication Network;
  • Виталий Шкляров – политолог, политтехнолог;
  • Максим Руст – пишущийредактор New Eastern Europe Magazine.
  • Также в заседании экспертно-аналитического клуба приняли участие представители дипломатического корпуса, аналитики и журналисты: Юрий Дракохруст, Ольга Абрамова, Екатерина Пирсон, Ольга Дрындова, Сергей Чалый и другие.
  • Модерировали дискуссию Валерия Костюгова (Наше мнение) и Антон Рулёв (Press Club Belarus).

Яркие тезисы из дискуссии

  • “Цепкало – очень забавный кандидат, но неподготовленный, он не сможет привлечь кого-то кроме айтишников и хипстеров” (Франак Вечерко)
  • “Если раньше оппозиционные кандидаты говорили про второй тур гипотетически, то у Бабарико может сложиться впечатление, что у него действительно крадут победу” (Рыгор Астапеня)
  • “Бабарико, как и другие кандидаты, для многих в России были бы меньшим злом, чем Лукашенко” (Артем Шрайбман)
  • “Бабарико сейчас алмаз, который к 9 августа надо превратить в бриллиант” (Сергей Чалый)
  • “Это Лукашенко мобилизовал тех, кто сейчас стоит в пикетах за Бабарико и Тихановского” (Франак Вечерко)
  • “Каждый своей риторикой затягивает власть на неудобное ей поле … обнажает баги кода” (Виталий Шкляров)
  • “Оказалось, что в интересах народа нет большинства тех вопросов, которые мы любили обмусоливать в интервью с Северинцем, Короткевич или Статкевичем” (Артем Шрайбман)

Политизация общества и коронавирус

Артем Шрайбман отмечает рекордную политизацию беларусского общества с 2010 года.  По его мнению, непосредственным триггером этого стала пандемия. Хотя в беларусском обществе и низкая поддержка жестких мер, карантина, однако триггером – и для населения, и для кандидатов – стала риторика Лукашенко, оторванные от реальности советы и довольно пренебрежительное отношение к медикам, к больным, к бизнесу, к потерявшим работу. Его поддерживает Франак Вечерко: “Это Лукашенко мобилизовал тех, кто сейчас стоит в пикетах за Бабарико и Тихановского”.

По мнению Сергея Чалого, эпидемия продемонстрировала, что вся система власти работает не на исполнение решений сверху, а на фильтр поступающей снизу информации: “Лукашенко самоизолировался от страны”. Хотя власть могла бы использовать коронавирус себе на пользу, как рассказал по опыту Польши Максим Руст: “Коронавирус – как фиговый листок, которым можно прикрыть проблемы: например, запретить собираться на улицах”. По его мнению, на проходящих в Польше выборах в условиях карантина провести нормальную уличную кампанию было просто невозможно, поэтому единственным вести кампанию мог действующий президент. 

Рыгор Астапеня, однако, считает, что мы переоцениваем фактор эпидемии, и выделяет другие причины политизации общества. Как и в 2010 году, последние годы отсутствовали сильные репрессии, из-за чего люди ощутили себя в определенной безопасности. При этом люди ощущают безнадежность – “за 10 лет ничего не изменилось, Лукашенко нечего сказать”. Также сказалась “технологизация политики”: благодаря чатам дворов и офисов стало возможно быстро собрать в инициативную группу большое количество людей (хотя и неопытных).

Как отметила Валерия Костюгова, из-за карантина и остановки трудовой миграции в стране застряло большое количество людей, которых не было тут на прошлых выборах: сейчас они не могут решать свои экономические проблемы вне страны. Также в короткий срок власть радикализировала самые разные группы населения: учителей, родителей, медиков. По мнению Валерии, власти может казаться, что Лукашенко будет выглядеть победоносно, повергая сильных соперников в виде Бабарико и Цепкало, но власть недооценивает риски.

Фавориты: Бабарико и Цепкало

Коронавирус и политика власти по нему – тема, по которой Виктор Бабарико и Валерий Цепкало без стеснения критикуют власть – “потому что тема болезненная и популярный месседж для их целевой аудитории”, считает Артем Шрайбман. Эта аудитория для обоих кандидатов общая – в первую очередь креативный класс, люди с более высоким образованием и доходом (хотя ими аудитория и не ограничивается).

Впрочем, аналитики отмечают и существенные различия у Бабарико с Цепкало.  В частности, Рыгор Астапеня замечает, что Бабарико поступил красиво и честно, сам уйдя из элит (уволившись перед выборами с поста главы “Белгазпромбанка”), в то время как за Цепкало, уволенным с поста главы ПВТ, тянется шлейф мутных историй, например с его домом: “он долго был бенефициаром этой системы, вряд ли за него будет голосовать протестный электорат”.

По мнению Рыгора, Цепкало выглядит очень неподготовленным к президентской кампании, радикализируется, и в своих оскорбительных высказываниях в адрес Лукашенко начинает напоминать самого Лукашенко – потому что “ему нечего сказать”, его рассуждения про Сингапур и модернизацию не цепляют общество. С ним согласен Франак Вечерко: “Цепкало – очень забавный кандидат, но неподготовленный, он не сможет привлечь кого-то кроме айтишников и хипстеров”.

Франак подчеркивает, что Бабарико собрал свой политический капитал заранее, раздавая яркие интервью. По данным, собранным Франаком, 38% трафика Бабарико приносит TUT.by, а 15% – сайт банка. Также  Рыгор обращает внимание, что для штаба Бабарико даже после его увольнения из “Белгазпромбанка” использовался принадлежащий банку культурный хаб ОК16 – это актуализирует вопросы о связях Бабарико с банком, принадлежащим “Газпрому”. Артем Шрайбман, однако, замечает, что “Бабарико, как и другие кандидаты, для многих в России были бы меньшим злом, чем Лукашенко” – так что в Москве могут поддерживать Бабарико и не потому, что он их агент влияния.

Ощущение широкой поддержки может радикализировать Бабарико, считает Рыгор Астапеня: “Если раньше оппозиционные кандидаты говорили про второй тур гипотетически, то у Бабарико может сложиться впечатление, что у него действительно крадут победу”. Пока же, отмечает Рыгор, риторика Бабарико похожа на риторику Алеся Михалевича в 2010 году, “и чем закончил Михалевич?”. Аналогии с более ранними политическими субъектами видит и Артем Шрайбман, который считает, что гипотетическая партия Бабарико смогла бы набрать много членов, но потом стать очередным “Рухом “За свободу”. А по мнению Сергея Чалого, тезис Бабарико “я не иду на войну” – продолжение курса на мирные перемены из кампании 2015 года.

Чалый считает, что Цепкало выступает в важной роли и “вскрывает хлестаковский блеф”, отбирая у Лукашенко единственный позитивный месседж – лавры создателя ПВТ. Для Бабарико же Чалый не скупится на комплименты – “Бабарико сейчас алмаз, который к 9 августа надо превратить в бриллиант”. Впрочем, для этого, по мнению Чалого, нужны специалисты, к которым Бабарико пока не обращается, “считает себя самым умным”, из-за чего есть риск облажаться и наделать глупостей. С ним согласен Франак Вечерко, который считает, что кампания Бабарико в плане коммуникации идет настолько хаотично и импульсивно, что рано или поздно у него будет сильный прокол.

По мнению Виталия Шклярова, лучшая стратегия для двух кандидатов – “каждый своей риторикой затягивает власть на неудобное ей поле”. В его представлении, Цепкало мог бы посылать Западу сигналы перемен и смены поколений, а Бабарико – сигналы России. Это в совокупности заставляло бы беларусские власти делать ошибки, “обнажать баги кода”.

Ольга Абрамова уверена, что многие из отставной и действующей номенклатуры поддерживают Бабарико, и призывает их с Цепкало объединить усилия. А Юрий Дракохруст считает снятие Олега Гайдукевича сигналом, что хотя бы кого-то одного – Бабарико или Цепкало – допустят в бюллетень.

Слон в комнате: Тихановский

[NB: Дискуссия происходила за два дня до задержания Сергея Тихановского]

Также Юрий Дракохруст считает просчетом власти регистрацию Светланы Тихановской, что позволило проводить массовые пикеты де-факто в поддержку ее мужа. Рыгор Астапеня называет сложившуюся ситуацию “самой странной кампанией, которая когда-либо бывала”.

Артем Шрайбман видит электоральным полем Тихановского тех же людей, кто выходили на тунеядские протесты в 2017 году. Однако он отмечает, что они говорят не только про социально-экономическое проблемы, но также про политику, про несменяемость власти, про беспредел чиновников. Это “горючий, ядерный антилукашенковский электорат, без привязки к идеологии”. Тихановский старается его не разделять, поэтому его риторика сознательно сводится к противостоянию с Лукашенко. Рыгор Астапеня считает, что в случае нерегистрации Тихановской этот электорат может попробовать перетянуть к себе Андрей Дмитриев, который пока хоть и выглядит “антилидером всех онлайн-опросов”, однако к выборам подготовлен давно. 

Сергей Чалый напоминает, что популярность видеоблогеров была очевидна еще с 2017 года, когда человек с камерой становился точкой сбора протестующих, “а Тихановский просто сделал это более технологично”. Франак Вечерко согласен, что Тихановский заранее создал хорошую инфраструктуру видеоблога, но отмечает, что в СМИ тот заметно возник лишь 5-6 мая, а до этого был только кумиром для подписчиков в ютубе. Как отмечает Франак, раскрутке Тихановского помогли DW, Naviny.by и “Наша Нива”, но также новостные агрегаторы, такие как Яндекс.Новости. Валерия Костюгова также обратила внимание, что деятельность Тихановского позитивно освещает хоть и независимый, но российский телеканал “Дождь”, но также и на то, что Тихановский принимал самое активное участие в парламентской кампании 2019 года и сумел в ее ходе нарастить аудиторию своего канала вдвое.

Неактуальные подходы

Валерия также отмечает, что курс на мирные перемены и диалог полностью обанкротился: парламентские выборы и особенно коронавирус показали – ждать от власти нечего.

Не востребована и старая оппозиция с ее идеологическими взглядами, считает Артем Шрайбман: “Нет запроса на конкретное узкое видение будущего – например, христианско-демократическое, или национально-демократическое, пророссийское или антироссийское – все эти повестки ушли в тень … Сейчас на арену вышел народ, со своими выразителями  интересов … И оказалось, что в этих интересах нет большинства тех вопросов, которые мы любили обмусоливать в интервью с Северинцем, Короткевич или Статкевичем”.

В этих условиях мобилизующим фактор кампании Шрайбман считает “или надежды на лучшее будущее, или глубинный низовой хейт Лукашенко”.

Без месседжа: Лукашенко

Виталий Шкляров отмечает конец эпохи Лукашенко, той легитимности и общественного договора, которыми он жил – закат риторики стабильности. Несмотря на это, он считает, что бунт элит маловероятен: и элит мало, и все контролируется, и риски передела всех пугают. 

Артем Шрайбман замечает, что “Лукашенко дал очевидный повод критиковать его за то, что он перестал справляться в отношениях с Россией”. Рыгор Астапеня также подчеркивает: Лукашенко нужно придумать, что сказать избирателям. Если же никакого плана у власти нет, то Рыгор считает, что ей остается засушивать выборы, и в конце нас ждет снова 19 декабря.

Сергей Чалый уже сейчас видит у власти ту же логику, что и в 2010 году (а то и в 1994ом) – “один против всей стаи, которую идет побеждать”, поскольку Лукашенко неудобно выигрывать у одного противника, который персонифицирует альтернативу.

9 августа – Площадь?

Виталий Шкляров обращает внимание: сначала претендентам надо зарегистрироваться кандидатами, а потом уже менять риторику на жесткую, и главное – всем объединиться вокруг того, кого зарегистрируют.

Однако Франак Вечерко отмечает, что электораты Бабарико и Тихановского трудно объединить друг с другом, они слишком разные и слабо пересекаются. Если за Бабарико выступают либо более возрастные, либо молодые, но образованные, то за Тихановского – разозленные жизнью люди. К тому же “власть заинтересована их сталкивать лбами”. Консолидацию Франак видит возможной вокруг Плошчы, но у Бабарико, по его мнению, “кишка тонка” туда призывать – не тот типаж, не тот психотип.

Сергей Чалый видит в организации протестов после выборов последние 10 лет отрицание риторики предыдущих протестов после выборов. Так, в 2010 году это было отрицание 2006 года: “Мы будем более решительны, чем Милинкевич”. В 2015 – отрицание 2010: не “Площадь все решит”, а “Безопасность важнее”. Продолжение этого ряда Чалый видит в синтезе 2020 года из риторики Бабарико: я не воюю, но если площадь будет, то приду. При этом он отмечает: “Победа будет либо в первом туре, либо никогда”.

Отвечая на вопрос Ольги Дрындовой про реакцию ЕС в случае массовых репрессий, Артем Шрайбман обозначил политзаключенных как красную черту, пересечение которой вызовет “качественно другую реакцию, нежели заявления”. Впрочем, даже в этом случае это вряд ли будут санкции образца 2011 года – тут и инерция последних 5 лет, и “никто не хочет выталкивать Беларусь к России”. Впрочем, Артем считает, что и власть усвоила рецепт безопасных репрессий: всех быстренько разогнать, задержать и отпустить, решить проблему – и не создать новую проблему.

Однако и единственным реальным вариантом перемен на этих выборах Артем видит Площадь. Впрочем, массовости протестов он не ждет (“электорат Бабарико на такое не готов”), к тому же власть будет запугивать заранее, особенно если ей будут грозить протесты по сценарию Тихановского, рассредоточенные по регионам. С ним согласен Франак Вечерко: “Наиболее оптимальный сценарий для Лукашенко – пересадить массово перед выборами, закрыть центр города, перекрыть интернет-стримы, а задержанных выпустить через несколько недель”.

Впрочем, в прогнозах Франака нашлось место и для протестного оптимизма: он считает, что мобилизованный электорат может потрепать нервы Лукашенко, и не обязательно в день выборов на площади: “это могут быть и следующие месяцы … но разгоном все это не закончится”.

P.S. Из переписки в Zoom-чате про символику протестов

19:06:54 From Artyom Shraibman : Кстати, если Бабарико призовет к протестам, интересно, под каким флагом))

19:08:10 From Serge Chaly : Как Короткевич – под двумя

19:08:20 From Vadzim Suhak : Или тремя

19:09:08 From Yury Drakakhrust : Пад усімі. Двума беларускімі, эўразьвязаўскім і расейскім ))

19:09:22 From Artyom Shraibman : А придут с тапками

***
Автор: Вадим Можейко, оригинал опубликован на сайте "Нашего мнения"

 

Short title: 
Сюрпризы избирательной кампании – 2020
cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china cheap nba jerseys from china wholesale nba jerseys from china discount nba jerseys from china